.

Вы здесь

Обзоры плотов различных времен, целей и путешествий на плотах

Обзоры плотов различных времен, целей и путешествий на плотах

19.04.2013 Автор: 0 11000

«Катера и яхты» №1 (71) январь-февраль 1978г

 

Что из средств передвижения на воде может быть проще плота? Одно бревно — это только бревно, а уже два чем-либо скрепленных брев­на — это плот!

Историки свидетельствуют, что наши предки двадцать пять тысяче­летий назад ходили на плотах, одна­ко во многих странах такие же пло­ты и по сей день служат людям. (Вспомните хотя бы плотогонов Закарпатья!).

Плоты могут двигаться по тече­нию или на буксире, с помощью шестов или весел, даже с подвесными моторами! Однако выход на пло­ту в открытое море немыслим без паруса на надежной мачте. Так считал Одиссей, так считает и наш знаменитый современник Тур Хейердал, только что вышедший в оче­редное океанское плавание — на этот раз в Индийский океан — на тростниковой лодке «Тигрис». (Строго говоря, трудно провести разницу между плотом и связанной из стеблей «круглой» лодкой, но мы все-таки будем считать и обе «Ра» и «Тигрис» именно лодками, как и надувнушку «Еретик» Алена Бомбара!)

Гомер весьма подробно рассказал о сооружении из бревен (примерно 10X6 м), на котором его герой 17 дней носился по Средиземному мо­рю и «наплавал» около 400 миль.

Текст «Одиссеи» и фантазия совре­менных ученых позволяют воссоз­дать вид парусного плота Одиссея.

Хейердал — инициатор океанских плаваний на плотах в XX веке — изучил все известные источники, содержащие туманные и зачастую противоречивые сведения о плотах древних народов Южной Америки и Океании, прежде чем связать из девяти бальсовых бревен свой «Кон-Тики» (13,5 X 6 м) и поднять на нем парус с изображением короля-солнца древних. Удачное путешествие от­важного норвежца и пяти его еди­номышленников, совершенное в ап­реле—августе 1947 г., получило ши­рокое освещение. О нем повествуют книги, хорошо известные советско­му читателю, и фильм; сам «Кон-Тики» после 5000-мильного 101-днев­ного плавания через океан помещен в музей, созданный в Осло.

Однако «Кон-Тики» не остался единственным плотом нашего вре­мени на океанских просторах. Впрочем, если придерживаться хроноло­гического порядка, начать все-таки следует с событий 110-летней дав­ности.

«НОНПАРЕЛЬ». Колеса автомо­биля еще не знали пневматических камер, когда американский моряк Джон Микс с двумя земляками за­думал пересечь океан на резиновом плоту. Он решил доказать этим, что легкий и компактный в сложенном виде надувной плот способен слу­жить надежным средством спасения людей на море.

Плот «Нонпарель» («Несравнен­ная») состоял из трех резиновых «сигар» длиной около 7,7 м и диаметром по 0,75 м с деревянным на­стилом — площадкой 6X3 м. На плоту установили бушприт и две мачты, на которых можно было нести рейковые паруса общей пло­щадью около 30 м2 (что-то вроде люгерного вооружения малых про­мысловых судов Западной Англии).

«Нонпарель» вышла из Нью-Йор­ка 4. 06 1867 г. и через 51 день из­нурительного пути 25.07 благополучно прибыла в Саутгемптон. Ре­зиновые «сигары» сохранились в сносном состоянии. Печально, что ни в США, ни в Старом Свете факт этот не получил желаемого резонан­са. Понадобилось еще полстолетия, а затем подвиг Бомбара (1952 г.; за 65 дней на 4,5-метровой лодке он прошел 3000 миль), прежде чем мир действительно поверил в надувные спасательные суда!

«СЕМЬ СЕСТРИЧЕК», «ВОЗРАСТ НЕ ПОМЕХА». Благородную цель содействовать выработке приемле­мых инструкций для потерпевших кораблекрушение преследовал свои­ми одиночными океанскими рейсами старый моряк Уильям Уиллис-Он с детства сроднился с морем, хо­дил на парусниках и пароходах, прошел испытания штормами и ура­ганами и погиб в возрасте 75 лет в открытом море (см. «КЯ» № 18) на 3,5-метровой яхточке...

Уже на склоне лет У. Уиллис, восхищенный плаванием «Кон-Ти­ки», принял твердое решение соо­рудить такой же плот для такого же плавания, но в одиночку.

«Семь сестричек» (J0X6 м) он собрал из семи — отсюда и назва­ние — огромных стволов бальсы примерно по 0,75 м диаметром. Стволы, связанные 40-миллиметровым манильским тросом, были для надеж­ности соединены и тремя мангро­выми поперечинами, а поверх них рядом бальсовых же стволов по­меньше — полуметрового диаметра. Конструкцию прочно перевязывал 20-миллиметровый трос из манилы. Плот имел палубу из расщепленных вдоль стволов бамбука. Своеобраз­ный фальшборт образовывали четы­ре бальсовых ствола.

У. Уиллис вооружил свое дети­ще двумя мачтами. Первая несла прямой парус, вторая — небольшую косую бизань. Вместе со стакселем, вынесенным на 4-метровый бушп­рит, парусность «Семи сестричек» равнялась 30 м2. В каюте плота хранились запасы и снаряжение.

В пути от Кальяо до Паго-Паго (6700 миль), занявшем 115 дней — с 22.6 по 14.10. 1954 г., У. Уиллис пережил множество невзгод. Чуть ли не в самом начале плавания ли­шился запаса пресной воды, хра­нившейся в жестяных емкостях, ко­торые проржавели. Его считали по­гибшим, когда «Семь сестричек» почти у самой цели путешествия случайно обнаружило патрульное судно. Об одиссее капитана Уиллиса можно прочитать в книжке «На плоту через океан», выпущенной у нас в 1959 г. Детгизом.

Через девять лет уже 70-летним он покинул тог же Кальяо на новом плоту (10,2X6 м) с названием, отражающим его уверенность в удаче плавания — «Возраст не помеха». Это было 6-тоиное сооружение тримаранного типа. Три 6-метровых стальных плоскодонных понтона (заполненных пенополиуретаном) соединили стальными трубами, на которые настлали палубу из орегон­ской сосны. Площадь парусов, под­нимаемых на двух решетчатых мач­тах, составляла 50 м2. Старый капитан решил добраться до Австралии, используя постоянные оке­анские течения.

Второй рейс Уиллиса был не ме­нее драматичен, чем первый, но об этом читателям стоит узнать «из первых рук», раздобыв его книжку «Возраст    не    помеха»,   изданную «Гидрометеоиздатом» в 1969 г.

Прибытие 11.11.1963 г. на Апиа (Самоа) как бы разделило плавание на две части: 7500 миль до этого острова Уиллис преодолел за 130 дней. Еще 75 дней понадобилось ему, чтобы пройти остающиеся 3000 миль пути и 9.9.1964 г. с побе­дой финишировать в Талли.

«ЛЕГАР-11». Плот этот унаследо­вал название своего предшественни­ка и предназначался для той же цели. Четверка канадцев во главе с 29-летним Генри Беадо в мае 1956 г. решила повторить на нем свою же попытку пересечь океан.

Первый «Легар» на 67-й день плавания выбросило штормом на канадский берег буквально в не­скольких милях от места старта и разбило. Друзья оказались в долгах и вынуждены были до минимума сократить расходы на организацию повторной экспедиции.

Новый плот они собрали из вось­ми мощных бревен длиной по 10 м. Плот шириной 5,5 м хорошо держал­ся на пологой океанской волне. На единственной мачте подняли прямой парус площадью 10 м2. Плетеная надстройка в центре палубы служи­ла одновременно камбузом, штур­манской рубкой, хранилищем запасов и кубриком.

Непогода преследовала морепла­вателей почти на всем пути, нача­том 24.5.1956 г. в Галифаксе. Один из членов экипажа не вынес и перешел на борт встречного судна.

plot1

Плот «мореплавателя» каменного века

Трое других не сдались и на 87-й день завершили в Фалмуте переход протяженностью в 3000 миль.

ТРИ «ТАИТИ-НУИ». Эрик де Бишоп, подобно Уиллису, имел не­обычайно богатую событиями биог­рафию, пережил множество самых невероятных приключений и к 65годам отнюдь не собирался на по­кой. Именно в этом возрасте он в 1956 г, принялся строить бамбуковый плот на Таити, чтобы пройти на нем путь, противоположный по направле­нию пути «Кон-Тики». Все доводы сведущих людей, пытавшихся от­говорить Бишопа от затеи, отвер­гались.

plot2

Плот Одиссея мог выглядеть именно так

Первый «Тапти-Нуп» имел длину 13,5 м при ширине 4,8 м и строился в полинезийском стиле. Па палубе его установили рубку площадью 3X5 м. Две мачты из эвкалипто­вых стволов позволяли одновремен­но нести 50] м2 парусов. Вместе с Бишопом в плавание отправились еще четыре человека, владевших различными полезными в море спе­циальностями. Плот полгода носился по океану — пробыл на плаву 199 дней, прошел 4000 миль. В 800 милях от побережья Чили «Таити-Нуи» начал тонуть, команду сняло спасательное судно. Об этом плавании великолепно рассказал сам Э. Бишоп в книжке «Таити-Нуи», переведенной и изданной «Гидрометеоиздатом» в 1966 г.

plot3

Бишопа не сломила неудача. Он с присущей ему энергией принима­ется добывать средства для строи­тельства «Таити-Нуп-И», чтобы совершить обратный переход из Южной Америки на Таити. Новый плот строится уже не из 800 бамбу­ковых стволов — их взять было негде, а из 50 кипарисовых бревен 12-метровой длины и диаметром около 0.5 м, уложенных в три слоя и соединенных деревянными нагеля­ми. Вдоль корпуса в носовой и кор­мовой части для уменьшения дрей­фа были установлены (как, впро­чем, и на других парусных плотах!) своеобразные деревянные кили — шверты. «Таиги-Нуи-И» нес косые паруса на двух мачтах.

После испытательного рейса плот 15.2.1958 г. вышел из Конститусьона и взял курс на Таити. Эпопея «Таити-Нуи-II» отличалась тем, что в конце концов экипаж вынужден был в океане заняться разборкой тону­щего плога и из его наиболее под­ходящих частей сооружать на базе металлических бочек новый плот «Таити-Нуи-III», чтобы на нем до­браться до берега. Импровизирован­ный плот, пробыв в океане еще полмесяца, дошел до полинезийского острова Рокаханга, завершив 141-дневный путь экипажа в 6000 миль. Но в момент преодоления полосы прибоя плот перевернулся и Бишоп, получив смертельную рану, погиб. Со слов участника трагиче­ского плавания Алэна Брэна о нем подробно рассказал Бенгт Даниэльссон в книжке, изданной в 1962 г. изд-вом «Московский рабочий» под названием «Большой риск».

«КАНТУТА», «КАНТУТА-Н». Эдвард Ингрис дважды предприни­мал путешествия на плотах. Его первый плот «Кантута» (1955 г.) с интернациональным экипажем, в который входила и женщина — индианка с озера Титикака, за 90 дней трудного рейса из Перу в Полине­зию окончательно вышел из строя; обессиленных людей, взывавших о помощи, снял американский воен­ный корабль.

Спустя четыре года Э. Ингрис строит бальсовый плот «Кантута-П» (10,6 м), который по конструкции очень напоминал «Кон-Тики». На сей раз трехмесячное плавание (апрель — июль 1959 г.) удалось. Миновав 5000 миль, плот вышедший из Кальяо, достиг архипелага Туамоту. Успех предприятия во многом объяснялся правильным выбором сезона для перехода и разумным определением трассы, а также очень удачным подбором экипажа.

«ПОТ-О-НУАР», «1000 ВЕХ». Француз Рене Лекомб тоже принад­лежал к числу несгибаемых людей (о нем — см. «КЯ» № 47). Тяжелые увечья во время войны обрекали Рене на скучное прозябание, но та­кая жизнь его не устраивала. После путешествия в джунгли Африки Лекомб задался целью пересечь в одиночку Атлантику. Моря он не знал, даже не умел плавать, однако это не пугало его.

Средств на приобретение яхты Рене не имел. Экономя на всем, на­нимаясь на любую работу, он сколо­тил мизерную сумму, необходимую для строительства «судна»—неуклю­жего 13-тонного плота из семи сосновых стволов. В первом же 12-днев-пом пробном плавании Лекомб тер­пит и первую неудачу: бревна наломали катастрофически быстро...

Не успели, однако, волны и ветер разрушить то, что осталось от вы­брошенного на берег первого плота, как рядом появился новый «Пот-о-Нуар-П». Это было уже стальное со­оружение из двух сварных «сигар», напоминавшее по форме обычную подковообразную надувную лодку. 4.08.1958 г. Лекомб поднял паруса и, выйдя из Аркашона, взял курс на Антильские о-ва, однако сразу же попал в «мертвую зону» штилей. Три недели безветрия вконец измо­тали его. Затем начался такой шторм, что неопрокидываемый. по расчетам мореплавателя, плот был перевернут волнами, а ему при­шлось трое суток провести на дни­ще плота, прежде чем его спасли испанские рыбаки.

Едва выйдя из госпиталя, упорный француз принимается за ремонт плота и 8.05.1959 г. снова выходит в океан из того же Аркашона. На этот раз смельчак без осо­бых приключений пересечет Атлан­тику, но едва не погибнет на по­следней миле — при проходе полосы рифов у Барбадоса.

Следующие три года уходят на постройку нового стального плота, представляющего собой модернизи­рованный вариант предыдущего (который, не будем забывать все-таки океан пересек!). «Пот-о-Нуар-Ш», во время спуска на воду переименованный в <<1000 вех», имел полную длину 8,4 м при ширине 2,8 м. Скуловые кили-плавники были приварены к сигарам, свернутым из 5-миллиметрового листа. Мачта представляла собой мощную сталь­ную трубу. Плот, вооруженный шлюпом (37 м2), был забалластирован; на всякий случай на его корму навесили два 40-сильиых «Эвинруда».

31.03.1963 г. Леномб вышел с о-ва Гваделупа, намереваясь пересечь океан теперь уже в обратном направлении — с запада на восток. Всем друзьям сообщил, чтобы они встречали его в Аркашоне, от­куда он собирался продолжить кру­госветное плавание, но ему так и не суждено было увидеть берег родины. В июне 1963 г. рыбаки острова Флориш (Азорский архипелаг) наш­ли на скалах разбитый плот и тело его капитана.

plot4

plot5

«ТАНГАРОА». Еще одним бальсовым плотом, напоминающим по конструкции все тот же «Кон-Тики», был «Таигароа» (13X5 м). Перуан­цы К. Караведо н X. Толедо и чех Д. Матеуш 26.07.1965 г. вышли на нем из Кальяо на Таити. На свое путешествие они смотрели как на забавное приключение и не были к нему серьезно подготовлены, тем не менее за 121 сутки их плот благопо­лучно преодолел 5000 миль и достиг цели. Таитяне устроили путешест­венникам восторженный прием.

«ЛА БАЛЬСА». Самым дальним (почти 10 000 миль) плаванием на плоту стало плавание на «Ла Бальса», построенном в Эквадоре интернациональным экипажем из че­тырех человек. Из Гуайякиля плот вышел 29.05.1970 г. и через 160 дней достиг побережья Австралии близ Брисбена.

«Ла Бальса» своим видом напо­минал плоты древних инков, на которых те еще задолго до Колумба поднимались вдоль западного побе­режья Америки до Мексики и, воз­можно добирались до Полинезии. На изготовление плота пошло 12 мощных стволов бальсы и более 6 км троса. Корпус весил около 7 т

при размещениях 11 X 4,5 м. На двух мачтах плот нес прямой грот и косую бозань.

Это плавание экипажа, возглав­ляемого испанцем Витал ем Альзаром, назвали «рекордом рекордов», но безостановочным оно все же не получилось: плот сутки стоял на Самоа.

Альзар позднее предпринял еще одно подобное путешествие. На этот раз он руководил эскадрой из трех однотипных илотов(13 X 5 м) с экипажами из четырех человек на каждой. Выйдя из Гуаиякиля и про­быв в пути 177 суток, два плота 20.11.1973 г. благополучно достигли Австралии (у Баллнно), а вот само­му Альзару не повезло: его плот, разрушенный штормом, гак и не смог финишировать: в самом конце нашего пути людей сняло с плота спасательное судно.

«АКАЛП». Участник обеих экс­педиций на «Ра» 50-летяий мекси­канец профессор-антрополог Сантьяго Хеновес с необычайно пестрой командой из 10 человек (пять мужчин и пять женщин) предпринял путешествие, которое вдохно­вило многих карикатурчстов и выз­вало множество споров на тему — серьезная это экспедиция или уве­селительная прогулка. Как бы там ни было, по окончании 101-днев­ного плавания Хеновес (автор 200 научных работ) выпустил объе­мистую книгу, по имени плота паз-ванную «Акали», которая вызвала живейший интерес ученых антро­пологов, социологов, психологов, ме­диков, сексологов, экологов и т. п. «Акали» — пока что единствен­ный действительно надежный плот, построенный из самых современных материалов, включая стеклопластик, причем проект его был разработан одним из лучших яхтенных конст­рукторов англичанином Колином Мьюди. Эго своеобразный тримаран; благодаря трем килеватым корпу­сам удалось отказаться от выдвиж­ных килей — непременной детали всех парусных плотов. «Акали» имел наибольшую длину 12 м при полной ширине 7 м; вес балласта доходил до 24 т. Высокую надстрой­ку увенчивал своеобразный мостик-«ванна»; кубрнк-спальня имела размеры в плане 4,0 X 3,9 м при высо­те в помещении всего 1,4 м. На 7-метровой мачте поднимался прямой парус площадью около 22 м2; име­лась и невысокая бизань-мачта, но она служила лишь для вспомога­тельных целей (для подъема вентиляционного рукава с раструбом).

Любопытно, что капитаном был отнюдь не сам многоопытный Сантьяго или кто-либо из мужчин, а 30-летняя Ингрид. С точки зрения чисто морской 101-дпезное 4500-мильное плавание с Канарских островов (старт 32.05,1973 г.) до Юка­тана прошло на редкость благопо­лучно.

plot6

Плот «Норд»

«НОРД». Всего 10 дней находился в море плот «Норд» с польским эки­пажем, который вел Анджей Урбанчик.

Плот, собранный из сосновых бревен (10X4,5 м), нес паруса, с ко­торыми можно было уже не только плыть с попутными ветрами и по течению, но и лавировать. Необхо­димость лавировки объяснялась сложностью навигации на Балтике, где ветра и течения переменчивы, а к тому же весьма интенсивно судоходство.

Своим коротким — всего 250-миль­ным переходом в суровых балтий­ских водах, а длился он с 28.08. по 9.09. 1957 г., поляки успешно дока­зали возможность крейсирования на плоту, который действительно управлялся под парусами. Выйдя из Лебы, «Норд» благополучно до­брался до шведского порта Лилла Карлсо. Ни один из известных нам плотов еще не поднимался в столь высокие шпроты!

Как бы пе отличались один от другого плоты, на которых в разное время и с разными целями смельча­ки выходили в океан, по каким бы причинам некоторые из них не тер­пели аварии, — след в новейшей истории мореплавания они оставили. На простейших судах человек прошел путями предков-мореходов, подтвердив ряд гипотез о миграции народов Земли в давние эпохи плавания на плотах показали, на что способен Человек с неслом­ленной волей, внесли известный вклад в науку об океане и в науку о Человеке, помогли и помогают со­вершенствовать спасательные сред­ства ц методы сохранения человеческой жизни на море.

Boatportal.ru

logo