.

Вы здесь

Сентябрьский ураган

Сентябрьский ураган

28.06.2015 Автор: 30

         В северной части Индийского океана тропические циклоны называют
просто циклонами, в Австралии —“Вилли-Вилли”, на западе и
севере Тихого океана — тайфунами, а в Америке и странах Карибского
бассейна — ураганами. Встречаются ураганы и в европейских
водах. Например, в 1957 г. ураган Керри, пропетляв тысячи
миль по Атлантике, закончил свое путешествие около южной Ирландии,
к счастью, уже через месяц после окончания Фастнетской гонки.
Если бы ураган не опоздал, он прибавил бы участникам гонки
немало забот. В 1958 г. к востоку от Вест-Индии образовался
ураган Хелен, который проследовал от побережья Новой Англии
до Ньюфаундленда. Затем он отправился в морское путешествие
к Гренландии, но по дороге передумал и посетил Кардифф. Хорошо,
что по пути к побережью Великобритании ураганы, как правило,
теряют свою силу и уже не представляют особой опасности.

         Метеорологи США внимательно следят за ураганами и передают
предупреждения об их ожидаемой траектории, но даже они считают,
что ураганы подобны капризным и не совсем прирученным зверям,
их перемещение не всегда предсказуемо. Приведем опубликованный
в американском журнале “Яхтинг” рассказ об одном из ураганов.

         Случай произошел с яхтой “Форс Севен”, принадлежащей Уоррену
Брауну с Бермудских островов. Это океанская гоночная яхта
II класса, сконструированная Уильямом Триппом, ее наибольшая
длина — 12м, длина по ватерлинии — 10,1 м, осадка — 1,8 м.
Я знаком с “Форс Севен” по Фастнетской гонке 1963 г. “Форс
Севен” вышла с Бермудских островов в Ньюпорт (штат Род-Айленд)
30 августа 1964 г. Владелец яхты был штурманом и капитаном,
с ним были помощник Герберт Уильяме и экипаж из четырех студентов,
на борту также находились дочь помощника и школьник. Капитан
и его помощник имели многолетний опыт плаваний и гонок в океане,
яхта была в превосходном состоянии, на борту было почти все
необходимое.

         Зона действия сентябрьских ураганов лежит между Бермудскими
островами и материком, поэтому нужно было тщательно следить
за движением циклонов с юга; правда, появившиеся метеорологические
спутники обеспечивали достаточно точное слежение за тропическими
циклонами.

         “Форс Севен” отошла на день позже запланированного срока, потому
что между Бермудскими островами и материком в тот день находился
ураган Клео. Утром в воскресенье 30 августа было получено
сообщение о том, что ураган достиг Северной Каролины и начал
заполняться. Признаков ухудшения погоды не было, и “Форс Севен”
в чудесную погоду вышла с Бермудских островов. Было решено
примерно в 30 милях к западу войти в Гольфстрим, чтобы затем,
после сноса течением, выйти к локсодромии. В сентябре возможны
затяжные периоды штилевой или маловетренной погоды, поэтому
на яхте был запас дизельного топлива на 400 миль пути. И действительно,
ветры дули слабые и умеренные, и иногда приходилось идти под
двигателем.

         Первые признаки приближающегося шторма появились в среду 2
сентября около 8 часов утра — давление начало быстро падать.
В это время “Форс Севен” шла в галфвинд правого галса под
гротом и генуэзским стакселем со скоростью более 7 узлов.
Давление все падало, и ветер продолжал усиливаться. В 10.30
был убран и уложен стаксель, а яхта только под гротом шла
примерно с той же скоростью. Дальнейшее развитие событий Уоррен
Браун описывает так.

         “Вскоре небо стало темнеть, появилось низкое ливневое облако.
Ветер быстро усилился с 30 до 45 узлов, налетел шквал более
50 узлов. В полдень, как раз перед ударом шквала, был убран
грот. К этому времени волнение заметно усилилось. По нашему
грубому счислению и температуре забортной воды, которая с
утра повысилась на 6°С, мы поняли, что находимся на восточной
кромке Гольфстрима.

         Через час после того как мы убрали паруса, я поймал радиопередачу
из США, в которой говорилось, что ураган Клео ушел с суши
и его скорость и интенсивность увеличились. Это был опять
глубокий тропический циклон. Его положение, согласно моим
грубым расчетам, почти совпадало с нашим! Теперь я понял,
почему барометр падал так быстро, и мог себе представить,
какая хорошенькая трепка ждет нас впереди.

         Я не стал сообщать экипажу всю правду, однако мы немедленно
начали готовить судно к штормованию. Все вентиляторы были
сняты и убраны вниз, вместо них были прикручены заглушки.
Палуба была освобождена от всего, что могло двигаться, грота-гик
был принайтован в средней .части судна хват-талями. Все стаксели
были убраны вниз, а грот скатан и надежно присезневан к гику.
Все крышки люков были задраены.

         К 4 часам
дня волны достигли высоты мачты, ветер по-прежнему усиливался,
а видимость ухудшилась. Вершины волн уже начали захлестывать
палубу. Нас беспокоила судьба тузика, закрепленного на крыше
рубки:

         при таком
креплении он создавал лишние нагрузки на крышу. Пришлось дать
дополнительные найтовы к основаниям стоек. К 5 часам ураган
достиг наибольшей силы, мы дрейфовали со скоростью 6—7 узлов.
Минуту яхта находилась на вершине огромной волны, затем ложбина
прятала ее от ветра. Увидеть что-либо можно было только в
тот момент, когда яхта была на вершине. В конце дня мы заметили
большой танкер, который так же, как и мы, штормовал по волне
при ветре в левую раковину.

         К этому времени ветер повернул с оста на норд, и мы дрейфовали
примерно на зюйд-вест. Я понял, что центр циклона, вероятно,
проходит чуть южнее нас.

         Я попадал в штормы у побережья США, а также в Северной Атлантике
и поэтому знал, что “Форс Севен” встретится со сложными условиями.
При ветре навстречу Гольфстриму расстояние между гребнями
волн сокращается, а высота волн увеличивается. Каждая волна
очень крутая и каждая вершина обрушивается.

         Какой был ветер? Честно говоря, не знаю. Когда он превысил
65 узлов, нам с палубы маленького судна было уже невозможно
определить, с какой именно скоростью дует — 70, 80 или 90
узлов. Видимость была отвратительная, небо темное, так что
кругом в хаосе волн, ветра, летящей пены и проливного дождя
ничего не было видно. Позже мы узнали, что в это время с замеченного
нами танкера сообщили о ветре 83 узла.

         К 17 часам вахтенным на палубе стало чрезвычайно трудно управлять
яхтой. Для безопасности мы натянули через кокпит крест-накрест
леера из мягкого троса. За такие поручни можно было держаться,
находясь в любом месте кокпита. Мы установили двухчасовые
вахты, причем один вахтенный наблюдал за волнением, а другой
управлял. Мы старались идти на достаточно большой скорости,
чтобы уклоняться от крупных обрушивающихся гребней, соскальзывая
по их склонам и сохраняя направление в раковину. Если бы нам
не удавалось вовремя увернуться, волна, обрушиваясь, затопила
бы кокпит. А если бы волны приходили прямо с кормы, то яхта
глиссировала бы со скоростью 15 узлов несколько сотен метров,
а это небезопасно, так как одна из этих волн в момент обрушения
гребня могла накрыть нас всей своей массой.

         Мы не испугались и не поддались панике, так как понимали, что
нам грозит. Если бы яхту бросило в брочинг, могла пострадать
самая уязвимая ее часть — крыша рубки.

         В 17.45 огромная волна ударила в корму и бросила яхту на борт.
При крене залило кокпит с подветренного борта. К счастью,
яхта успела выпрямиться и не попала под следующую волну.

         Мы получили один ценный урок. Через два имевшихся шпигата вода
вытекала слишком медленно, а при заполненном кокпите яхта
плохо управляется. После этого случая я понял, что опасно
строить яхту с большим кокпитом, в переднем торце которого
есть вырез для прохода прямо вниз: если входную дверь разобьет
большая волна, то вода затопит яхту.

         Волнение было настолько сильным, что кокпит постоянно заливало,
а яхту все время бросало на борт. Спасательные круги были
сорваны — их крепления не были рассчитаны на такие условия.

         От нагрузок вытянулись заделки радиоизоляторов в ахтерштаге.
К счастью, ахтерштаг ослаб не очень сильно, и мачта устояла.
Больше всего мы боялись брочинга и опрокидывания через борт.
Ни одно парусное судно не смогло бы выйти невредимым из ситуации,
в которую мы попали. Волны были крутыми и короткими, они могли
обрушиться на палубу и полностью залить наше меленькое суденышко.

         Опасность представлял и наш тузик. У нас было искушение выбросить
его за борт, но мы не сделали этого, так как боялись, что
его подберут и сочтут, что мы погибли. Попади я снова в такую
ситуацию, я, не колеблясь, выкину тузик в море. Настоятельно
рекомендую всем, кто путешествует в это время года, иметь
два спасательных плота вместо тузика.

         Если бы мы вытравили концы, то не смогли бы контролировать
скорость яхты и уклоняться от огромных бурунов и вскоре один
из них нанес бы яхте роковой удар.

         Весь вечер с б до 10 часов один вахтенный следил за волнами,
а другой стоял на руле. Яхту постоянно заливало. Вода проникала
через все щели в надстройке, и, хотя крышки люков были небольшие,
приходилось непрерывно бороться с водой, которая в большом
количестве попадала вниз. На следующее утро (3 сентября) часам
к 11 ветер ослаб до 45 узлов, но до полудня, пока волнение
не уменьшилось, парус мы не ставили.

         Во время шторма мы продрейфовали без парусов около 120 миль
на юго-запад, но двигались против Гольфстрима, поэтому фактически
переход составил не более 70—80 миль.

         Только в субботу 5 сентября около 4 часов дня береговая охрана
передала наше сообщение на Бермудские острова, и за несколько
часов до нашего прибытия в Ньюпорт над нами пролетел самолет.

         По возвращении на Бермудские острова мы нанесли на карту траекторию
шторма по данным береговой охраны. Ураган Клео оказался очень
“непостоянным”. Он не только изменил направление движения
и пошел на юг, набирая скорость, но снова превратился в полнокровный
тропический циклон. 2 сентября в 18.00 мы находились примерно
в 45 милях от его центра, что, по-видимому, уберегло нас от
более продолжительного штормования.”

         Выводы

         Рассказ Уоррена Брауна представляет собой одно из наиболее
сдержанных и поучительных описаний встречи яхты среднего размера
с ураганом. Попытаемся оценить силу ветра при прохождении
урагана Клео вблизи яхты. -

         Из национального центра погоды США я получил все подробности
об урагане. Я нанес на карту его траекторию и путь яхты “Форс
Севен” (рис. 35).

         Рис. 35.
Траектория урагана Клео, 1964 г. Местоположение центра урагана:
1— в 7.00, 2 — в 19.00.

         Ураган Клео зародился у берегов Западной Африки с минимальным
давлением в центре 1006 мбар. Он быстро углублялся, к 21 августа
давление в центре упало до 992 мбар, ветры достигли ураганной
силы. Ураган пронесся над Вест-Индскими островами, в сводках
погоды его характеризовали как “небольшой по размерам, но
чрезвычайно опасный ураган”. По оценкам, около центра скорость
ветра была около 120 узлов, на 40 миль от центра во все стороны
ветры сохраняли ураганную силу, а на 150 миль к северу и 100
к югу были штормовыми. 27 августа ураган достиг побережья
Флориды, в Майами были зарегистрированы устойчивые ветры скоростью
более 80 узлов. 28 августа ураган двинулся в глубь материка,
и ветер начал ослабевать. В воскресенье 30 августа сильных
ветров не было, но утром 1 сентября циклон повернул к морю.
К полудню он вновь достиг силы тропического шторма, а 2 сентября
Клео, перемещаясь над теплыми водами Гольфстрима, углубился
и вновь стал ураганом. В центре, около глаза бури, ветер достигал
80 узлов, на 200 миль во все стороны от центра сохранялся
штормовой ветер. 3 сентября ураган повернул на северо-восток,
затем пошел на север. В сводке погоды за 11.00 4 сентября
все еще сообщалось о 80 узлах около центра и шторме на 250
миль во всех направлениях от него. Предполагалось, что в центре
ветер ослабеет, но на 500 миль к юго-востоку от центра ожидались
штормовые ветры.

         Таким образом, официальные сведения подтверждают все, сказанное
Уорреном Брауном. Когда “Форс Севен” находилась ближе всего
к глазу бури, средняя скорость ветра составляла, вероятно,
68 узлов, в порывах до 83 узлов. О таком же ветре сообщал
проходивший мимо танкер.

        
Рис. 36. Скорости ветра в урагане Клео.

Пунктиром показана скорость ветра в порывах над Майами по
косвенным оценкам.

         Я получил данные наблюдений судов, находившихся недалеко от
урагана Клео, но, к сожаленю, между, 29 августа и 4 сентября
в данных имеется пропуск. 4 сентября в точке 45,5° с. ш.,
50° з. д. на американском пароходе “Американ Челленджер” измерен
ветер в 80 узлов. Капитан “Куин Мэри” сообщал, что впервые
после 1939 г. он встретился с таким сильным ветром и что успокоители
качки “Куин Мэри” оголялись. Волны достигали топа мачты “Форс
Севен” (высотой 15,2 м). Если для перехода к действительной
высоте волн использовать коэффициент 3/5, то получаем высоту
около 9 м. Однако данные исследований океанографов показывают,
что наибольшие волны могли быть значительно выше. Из опыта
“Форс Севен” следует извлечь следующие основные уроки.

         1. Тактика
при шторме
. Для выживания в урагане Уоррен Браун применил
новую для меня тактику. Он считал, что волны на Гольфстриме
слишком опасны для того, чтобы пассивно лежать в дрейфе с
убранными парусами. Браун не пробовал применять общепринятую
практику вытравливания тросов. В кокпите “Форс Севен” были
наготове два очень тяжелых длинных троса, но их не использовали,
так как, по мнению Брауна, в этом случае при уклонении от
крупных гребней нельзя эффективно управлять яхтой. Он утверждает,
что если бы были вытравлены тросы, то вскоре один из бурунов
нанес бы яхте роковой удар.

         Уоррен Браун заметил, что при следовании на попутном волнении
кокпит может залить волной и яхта на подветренном склоне большой
волны будет глиссировать сотни метров со скоростью около 15
узлов. Опасность такой тактики Браун выразил в нескольких
словах: “…это небезопасно, так как одна из этих волн в момент
обрушения гребня могла накрыть нас всей своей массой”. Соответственно,
он изменил курс так, чтобы волны шли в раковину, хотя мне
кажется, что “Форс Севен” дрейфовала под рангоутом со скоростью
5—7 узлов. Он замечает, что для безопасности нужна скорость.
Если рулевой не реагирует достаточно быстро, то волны будут
обрушиваться на яхту и заливать кокпит.

         В главе 8 я отмечал, что “Кохо” заливало при умеренном ветре,
так как она шла недостаточно быстро и рулевой не успевал держать
кормой к крупным волнам. Конечно, многим такая тактика штормования
может показаться чересчур экстравагантной, но я хочу подчеркнуть,
что “Форс Севен” прошла через ураган, получив лишь несколько
ударов, другие яхты в таких условиях пошли бы на дно. В пользу
этой тактики в исключительный шторм говорит также опыт яхты
“Джошуа”, застигнутой штормом в южной части Тихого океана.
Об этом будет рассказано в следующей главе.

         2. Подготовка
к шторму
. Сразу же после получения штормового предупреждения
на “Форс Севен” были приняты соответствующие меры безопасности.
Интересно отметить два обстоятельства.

         Во-первых, на яхте поняли, что тузик, прикрепленный к крыше
рубки, создает дополнительную нагрузку на рубку, а если его
сорвет, он может травмировать яхтсменов. Множество яхт прошли
8—9-балльные штормы с тузиками на крышах рубок, но не каждая
яхта попадает в ураган. К счастью, теперь на большинстве яхт
имеются надувные плоты или резиновые лодки меньшего веса,
они более обтекаемы и не представляют такой опасности для
экипажа.

         Во-вторых, Уоррен Браун придумал новый способ обеспечения безопасности.
Он натянул через кокпит крест-накрест тросы, за которые можно
было держаться при ударах волн. В большинстве случаев яхтсменов
спасает индивидуальный предохранительный конец, но понятно,
что лучше вовсе не оказываться в воде; по-видимому, перекрещенные
леера практически исключают падения за борт.

         3. Страх.
Сильный шторм или ураган — тяжелое испытание для всех, кто
находится на маленькой яхте. Однако я думаю, что Уоррен Браун
прав, когда говорит: “Мы не испугались и не поддались панике,
так как понимали, что нам грозит”. Действительно, страх возникает,
когда человек теряет способность понимать ситуацию, а в сильный
шторм всегда есть элемент неизвестности.

         4. Вход
в рубку
. Уоррен Браун справедливо отмечает, что ни при
каких обстоятельствах не станет строить яхту, на которой из
рубки выходишь прямо в кокпит. На “Форс Севен” входной люк
располагался сверху, по-видимому, это спасло ее,— волны, время
от времени накрывавшие кокпит, могли бы разбить дверцы, которые
на большинстве яхт ведут из кокпита вниз.

         5. Другие
обстоятельства.
“Форс Севен” испытала такие же трудности,
как другие яхты во время менее суровых штормов. При сильном
волнении видимость ухудшалась, вода проникала вовнутрь через
все щели, шпигаты не справлялись с потоками воды, вытекавшей
из кокпита. Интересно, что спасательные круги были унесены
с “Форс Севен” так же, как с “Дублона”, когда он был опрокинут.
Очевидно, обычные кронштейны для спасательных кругов при такой
погоде не годятся, но им трудно найти замену — если круги
прочно закреплены, их нельзя быстро освободить. Наконец, радио
изоляционные блоки на ахтерштаге могут служить причиной ослабления
такелажа. Я никогда не использовал эти изоляторы на своих
яхтах, так как их прочность всегда вызывала у меня сомнения.
Уоррен Браун подтвердил, что эти сомнения не лишены оснований.

Boatportal.ru

logo