.

Вы здесь

Байдарочники на Байкале

Байдарочники на Байкале

11.04.2013 Автор: 0 9496

В. Н. Пакулин «Катера и яхты» №6 (70) ноябрь-декабрь 1977г

 

Байдарочники на Байкале

 

«По Байкалу? Там же штор­мы!» — в один голос говорили все, но остановить нас было уже невоз­можно. И вот после четырех суток езды в поезде и перелета Иркутск— Хужир на «АН-2» мы, пять ленинградских байдарочных экипажей, молча стоим на высоком берегу Ольхона, а у наших ног простирается необозримая зеркальная гладь. Загадочный и манящий свя­щенный Байкал! Пока  мы  знаем

о нем только то, что можно вычи­тать: в нем сосредоточено 80% за­паса пресной воды в стране, наибольшая глубина—1620 м, полная протяженность береговой линии — 2100 км! Да, конечно, правы мест­ные жители, называющие - Байкал морем и только морем...

Мы прошли вдоль его западного берега более 300 км за 13 ходовых дней. Наша команда состояла из опытных туристов, бывавших и на Белом море, и в Саянах. (Это в ос­новном, потому что двое были детьми по 13 лет). Шли без рулей. Вы­сота сидений, обычно это был про­сто прорезиненный мешок с вещами, устанавливалась такой, чтобы пояс­ница находилась на уровне фальш­бортов: при высокой посадке мень­ше устаешь, гребок получается бли­же к борту. Картой вначале служила обычная туристская схема «Байкал», в дальнейшем мы старались срисо­вать подробности маршрута из на­стоящих карт и лоций у встречен­ных рыбаков.

Первые три дня отдыхали на древнем Ольхоне. Северная часть его покрыта лесом, в южной — реликтовые степи. Весь этот остров — заповедный музей природы. Дождей здесь практически не бывает, сол­нечных дней больше, чем в Крыму. Воздух прозрачен необычайно. Три четверти растений и животных Бай­кала эндемичны, т. е. встречаются только здесь. Мы находили, напри­мер, редкую живородящую рыбку — голомянку, настолько прозрачную, что сквозь нее можно читать. Под солнцем она тает, остается только хрупкий скелетик, а ведь ей прихо­дится опускаться на глубины до 500 м...

Пересекать Малое море (20 км) своим ходом мы не решились и по­просили отбуксировать нас капита­на попутного катера. Байдарки, сильно рыская, шли за кормой, а мы — все десять человек — уютно устроились в катере. Не прошли, однако, и трети пути, как налетел встречный ветер, волны стали перехлестывать через нос, все кругом покрылось бурлящими валами. Нас подкараулила «сарма» — самый опас­ный из здешних ветров. Байдарки швыряло так, что страшно было смотреть, буксирный трос не выдер­жал, и одна из них (со всей посудой и основным запасом провизии!) ис­чезла в волнах. Больше 4 часов ка­тер наш воевал со штормом, пока, наконец, мокрые и измученные, мы не оказались на спасительном бе­регу.

Потерянную байдарку нашли че­рез два дня, ко всеобщему востор­гу — целой и невредимой. Еще два дня ушло на первый весельный пе­реход до Большого Онгурена. Здесь, судя по описаниям, на всем пути нас должны были устрашать при­жимы — отвесные береговые скалы. Прижимы, действительно, были, но для байдарочников они оказались далеко не столь страшными: почти везде тянулись узкие полоски галечного пляжа, на которые можно было высадиться в случае непогоды.

На мысе Покойники была запом­нившаяся всем дневка с походом в горы. Целых четыре часа под дождем поднимались по Солнцепади на Байкальский хребет. Вид, открыв­шийся с перевала, был поистине великолепен. С одной стороны — панорама верховьев Лены с жилка­ми разбегающихся речек, белопенными водопадами и ярко-синими блюдцами крошечных озер. С дру­гой — ущелье, наполненное обла­ками, а дальше голубые проблески Байкала.

Трудно поверить, что речка ши­риной полтора-два метра, которую мы легко переходили вброд, это «будущая» красавица Лена. Очень красиво место, где в нее впадает Златокан — Золотой ручей. Правда, золота здесь мы не нашли, но осно­вательно нагрузились разными кра­сивыми камешками. По дороге то и дело «застревали» в зарослях крас­ной смородины и жимолости, хотя все это время нами основательно закусывали комары.

Дальше пошли и вовсе нетрону­тые места. Целыми днями кругом ни души, хотя почти везде вдоль берега есть хорошо различимые тропы.

В эти дни многоликий Байкал устроил нам еще одно испытание. Надел на себя «шубу» из такого плотного тумана, что видимость со­кратилась до нескольких метров. Шли у самого берега, вплотную друг за другом. А ночью, хотя и на­дели на себя все, что было, ужасно мерзли. В одном везло безотказно: единственным спиннингом ловили столько рыбы, что начали ворчать: «Опять хариус!».

На речке Ледяной довелось уви­деть лежбище нерпы. Около двух десятков огромных черных зверей нежились под солнцем, пыхтя, фыр­кая и хлопая себя по бокам малень­кими ластами. Другие старались вы­лезти из воды и непременно на уже занятые камни, норовили столкнуть с них хозяев. В прозрачной воде хорошо было видно, как порази­тельно быстро скользят эти неуклю­жие на суше животные...

Снова плывем от мыса к мысу, уже уверенно — нисколько не боясь легкой волны и постоянного при­боя. Все время дует легкий северо­восточный ветер, так ни разу и не удалось воспользоваться парусами! Кругом никаких следов жилья, но примерно через 10 км попадаются избушки-зимники. В каждой — сухие дрова, соль, спички. В одной обнаружили полностью оборудован­ный спиннинг и ... книгу отзывов и предложений.

На мысе Мужинай осматривали большое теплое озеро, в котором водятся окунь и щука. А на мысе Котельниковском специально устро­или дневку, чтобы разыскать горя­чие источники. В небольшой побеленной баньке стоят две настоящие эмалированные ванны. Целебная вода наливается из сероводородного источника, температура ее +43 °С! Мы приняли ванны и, действитель­но, почувствовали явный прилив сил!

Все следующие дни солнце пекло невыносимо. Стоянки устраивали на огромных полянах с неизменными зимниками. Вечерами подни­мались па гольцы полюбоваться за­катом сверху. Из достопримечатель­ностей севернее Байкальского нель­зя не отметить камень Писаный — огромную скалу, имеющую черты человеческого профиля. По старым поверьям, проплывая мимо, обяза­тельно надо попросить духов моря отвести беды и послать богатый улов...

В Нижнеангарске погрузились на пароход «Комсомолец» и снова про­шли весь Байкал, теперь уже вдоль восточного берега. Жизнь на «Ком­сомольце» не так уж отличалась от походной — многочисленные палатки стояли по всей его палубе!

Прощаясь с Байкалом, каждый из нас твердо знал: сюда он обя­зательно вернется.

 

Boatportal.ru

logo